Неточные совпадения
Он тщательно скрывал от своих товарищей эти
движения страстной юношеской
души, потому что в тогдашний век было стыдно и бесчестно думать козаку о женщине и любви, не отведав битвы.
Если есть симпатия
душ, если родственные сердца чуют друг друга издалека, то никогда это не доказывалось так очевидно, как на симпатии Агафьи Матвеевны и Анисьи. С первого взгляда, слова и
движения они поняли и оценили одна другую.
Он, не испытав наслаждений, добываемых в борьбе, мысленно отказался от них и чувствовал покой в
душе только в забытом уголке, чуждом
движения, борьбы и жизни.
По комнатам разносились их звонкие голоса, доходили до сада, или тихо передавали они, как будто рисуя друг перед другом узор своей мечты, неуловимое для языка первое
движение, рост возникающей мысли, чуть слышный шепот
души…
Странен человек! Чем счастье ее было полнее, тем она становилась задумчивее и даже… боязливее. Она стала строго замечать за собой и уловила, что ее смущала эта тишина жизни, ее остановка на минутах счастья. Она насильственно стряхивала с
души эту задумчивость и ускоряла жизненные шаги, лихорадочно искала шума,
движения, забот, просилась с мужем в город, пробовала заглянуть в свет, в люди, но ненадолго.
Она показалась Обломову в блеске, в сиянии, когда говорила это. Глаза у ней сияли таким торжеством любви, сознанием своей силы; на щеках рдели два розовые пятна. И он, он был причиной этого!
Движением своего честного сердца он бросил ей в
душу этот огонь, эту игру, этот блеск.
Иногда взгляд его помрачался выражением будто усталости или скуки; но ни усталость, ни скука не могли ни на минуту согнать с лица мягкость, которая была господствующим и основным выражением, не лица только, а всей
души; а
душа так открыто и ясно светилась в глазах, в улыбке, в каждом
движении головы, руки.
Не встречали они равнодушно утра; не могли тупо погрузиться в сумрак теплой, звездной, южной ночи. Их будило вечное
движение мысли, вечное раздражение
души и потребность думать вдвоем, чувствовать, говорить!..
Движения его, когда он был даже встревожен, сдерживались также мягкостью и не лишенною своего рода грации ленью. Если на лицо набегала из
души туча заботы, взгляд туманился, на лбу являлись складки, начиналась игра сомнений, печали, испуга; но редко тревога эта застывала в форме определенной идеи, еще реже превращалась в намерение. Вся тревога разрешалась вздохом и замирала в апатии или в дремоте.
Слезы и улыбка, молча протянутая рука, потом живая резвая радость, счастливая торопливость в
движениях, потом долгий, долгий разговор, шепот наедине, этот доверчивый шепот
душ, таинственный уговор слить две жизни в одну!
Движения ее
души не токмо с рождением младенца не успокоились, но усилившись гораздо, сделали ей горячку.
Но если рассудку вашему предоставлял я направлять стопы ваши в стезях науки, тем бдительнее тщился быть во нравственности вашей. Старался умерять в вас гнев мгновения, подвергая рассудку гнев продолжительный, мщение производящий. Мщение!..
душа ваша мерзит его. Вы из природного сего чувствительныя твари
движения оставили только оберегательность своего сложения, поправ желание возвращать уязвления.
Да и если б я мог достаточные дать черты каждому
души моея
движению, то слабы еще были бы они для произведения в тебе подобного тем чувствованиям, какие в
душе моей возникали и теснилися тогда.
Ничего, казалось, не было необыкновенного в том, что она сказала, но какое невыразимое для него словами значение было в каждом звуке, в каждом
движении ее губ, глаз, руки, когда она говорила это! Тут была и просьба о прощении, и доверие к нему, и ласка, нежная, робкая ласка, и обещание, и надежда, и любовь к нему, в которую он не мог не верить и которая
душила его счастьем.
— То есть как тебе сказать?… Я по
душе ничего не желаю, кроме того, чтобы вот ты не споткнулась. Ах, да ведь нельзя же так прыгать! — прервал он свой разговор упреком за то, что она сделала слишком быстрое
движение, переступая через лежавший на тропинке сук. — Но когда я рассуждаю о себе и сравниваю себя с другими, особенно с братом, я чувствую, что я плох.
Первый день прошел довольно быстро, второй оказался длиннее, но короче третьего, и так, нарушая законы
движения земли вокруг солнца, дни становились все длиннее, каждый день усиливал бессмысленную скуку, обнажал пустоту в
душе и, в пустоте, — обиду, которая хотя и возрастала день ото дня, но побороть скуку не могла.
Понемногу он потерял все, кроме главного — своей странной летящей
души; он потерял слабость, став широк костью и крепок мускулами, бледность заменил темным загаром, изысканную беспечность
движений отдал за уверенную меткость работающей руки, а в его думающих глазах отразился блеск, как у человека, смотрящего на огонь.
«На берег кому угодно! — говорят часу во втором, — сейчас шлюпка идет». Нас несколько человек село в катер, все в белом, — иначе под этим солнцем показаться нельзя — и поехали, прикрывшись холстинным тентом; но и то жарко: выставишь нечаянно руку, ногу, плечо — жжет. Голубая вода не струится нисколько; суда, мимо которых мы ехали, будто спят: ни малейшего
движения на них; на палубе ни
души. По огромному заливу кое-где ползают лодки, как сонные мухи.
По дороге никакого
движения, нигде ни
души.
«Зачем?» — вот единственное слово, которым он выражал
движения своей
души.
Разве не жило оно девятнадцать веков, разве не живет и теперь в
движениях единичных
душ и в
движениях народных масс?
Ширь русской земли и ширь русской
души давили русскую энергию, открывая возможность
движения в сторону экстенсивности.
— Уйди от меня. Я каторжная, а ты князь, и нечего тебе тут быть, — вскрикнула она, вся преображенная гневом, вырывая у него руку. — Ты мной хочешь спастись, — продолжала она, торопясь высказать всё, что поднялось в ее
душе. — Ты мной в этой жизни услаждался, мной же хочешь и на том свете спастись! Противен ты мне, и очки твои, и жирная, поганая вся рожа твоя. Уйди, уйди ты! — закричала она, энергическим
движением вскочив на ноги.
Когда судебный пристав с боковой походкой пригласил опять присяжных в залу заседания, Нехлюдов почувствовал страх, как будто не он шел судить, но его вели в суд. В глубине
души он чувствовал уже, что он негодяй, которому должно быть совестно смотреть в глаза людям, а между тем он по привычке с обычными, самоуверенными
движениями, вошел на возвышение и сел на свое место, вторым после старшины, заложив ногу на ногу и играя pince-nez.
Нет в ней строгости линий, белизны лба, блеска красок и печати чистосердечия в чертах, и вместе холодного сияния, как у Софьи. Нет и детского, херувимского дыхания свежести, как у Марфеньки: но есть какая-то тайна, мелькает не высказывающаяся сразу прелесть, в луче взгляда, в внезапном повороте головы, в сдержанной грации
движений, что-то неудержимо прокрадывающееся в
душу во всей фигуре.
Кругом в лесу и на поляне стояла мертвящая тишина, нарушаемая только однообразным жужжанием комаров. Такая тишина как-то особенно гнетуще действует на
душу. Невольно сам уходишь в нее, подчиняешься ей, и, кажется, сил не хватило бы нарушить ее словом или каким-нибудь неосторожным
движением.
Если же это так, то, очевидно, разумные существа низошли из высшего состояния в низшее, и притом не только
души, заслужившие это нисшествие разнообразием своих
движений, но и те существа, которые были низведены из высшего и невидимого состояния в это низшее и видимое для служения всему миру, хотя и не по своему желанию: суете во твари повинуся не волею, но за повинувшаго ю на уповании (Рим. 8:20).
«Тогда половые члены приводились бы в
движение мановением воли, как и все прочие члены человеческого тела, и тогда супруг прильнул бы к лону супруги без страстного волнения, с сохранением полного спокойствия
души и тела и при полном сохранении целомудрия» [De civitate Dei, XIV, 26.
Но вот младенец подает знаки жизни; я не знаю выше и религиознее чувства, как то, которое наполняет
душу при осязании первых
движений будущей жизни, рвущейся наружу, расправляющей свои не готовые мышцы, это первое рукоположение, которым отец благословляет на бытие грядущего пришельца и уступает ему долю своей жизни.
После Руссо, после романтического
движения XIX века, появились новые
души, с более сложной и более свободно развернутой душевной жизнью.
Я считаю своей слабостью, что в период моей близости к
движению умов и
душ того времени у меня несколько ослабел и отодвинулся на второй план присущий мне социальный интерес.
Шесть косарей стоят рядом и взмахивают косами, а косы весело сверкают и в такт, все вместе издают звук: «вжжи, вжжи!» По
движениям баб, вяжущих снопы, по лицам косарей, по блеску кос видно, что зной жжет и
душит.
Константин неуклюже высвободил из-под себя ноги, растянулся на земле и подпер голову кулаками, потом поднялся и опять сел. Все теперь отлично понимали, что это был влюбленный и счастливый человек, счастливый до тоски; его улыбка, глаза и каждое
движение выражали томительное счастье. Он не находил себе места и не знал, какую принять позу и что делать, чтобы не изнемогать от изобилия приятных мыслей. Излив перед чужими людьми свою
душу, он наконец уселся покойно и, глядя на огонь, задумался.
Это почти бессознательное
движение полно такой наивной, простой грации, что вдруг
душою Александрова овладевает знакомая, тихая, как прикосновение крылышка бабочки, летучая грусть.
Она веселится от всей
души: вертится, оглядывается, трясет головою и светлыми кудряшками, ее ручки и ножки в беспрестанном нетерпеливом
движении.
Он стремительно достигал комнаты, где истеричничала Ольга Сергеевна, громовым словом и многознаменательным
движением чубука выгонял вон из этой комнаты всякую живую
душу и затем держал к корчившей ноги больной такую речь...
Теперь моя черновая работа кончена, и план будущих действий составлен. Этот план ясен и может быть выражен в двух словах: строгость и снисхождение! Прежде всего —
душа преступника! Произвести в ней спасительное
движение и посредством него прийти к раскрытию истины — вот цель! Затем — в поход! но не против злоумышленников, милая маменька, а против бедных, неопытных заблуждающихся! Мне кажется, что это именно тот настоящий тон, на котором можно разыграть какую угодно пьесу…
Хозяин сделал нетерпеливое
движение своею волосатою рукой и даже поправил ворот крахмальной сорочки, точно она его
душила.
— Я вам должна признаться, у меня тогда, еще с самой Швейцарии, укрепилась мысль, что у вас что-то есть на
душе ужасное, грязное и кровавое, и… и в то же время такое, что ставит вас в ужасно смешном виде. Берегитесь мне открывать, если правда: я вас засмею. Я буду хохотать над вами всю вашу жизнь… Ай, вы опять бледнеете? Не буду, не буду, я сейчас уйду, — вскочила она со стула с брезгливым и презрительным
движением.
— Зачем же скрывать, из скромности, благороднейшие
движения своей
души, то есть вашей души-с, я не про свою говорю.
Помню в детстве отшатывающий, всю
душу насквозь прохватывающий страх перед темнотой. Трусость ли это у детей — этот настороженный, стихийный страх перед темнотой? Тысячи веков дрожат в глубине этого страха, — тысячи веков дневного животного: оно ничего в темноте не видит, а кругом хищники зряче следят мерцающими глазами за каждым его
движением. Разве не ужас? Дивиться можно только тому, что мы так скоро научаемся преодолевать этот ужас.
Годунов предложил Серебряному остаться у него в доме до выступления в поход. Этот раз предложение было сделано от
души, ибо Борис Федорович, наблюдавший за каждым словом и за каждым
движением царя, заключил, что грозы более не будет и что Иоанн ограничится одною холодностью к Никите Романовичу.
Чем вознаградится это живое, постоянное занятие,
движение, это ожидание, опасение: подпустит ли тетерев, или нет? это волнение в
душе охотника, когда он видит, что добыча ежеминутно сбирается улететь?
— Что делать? — возразил Калинович. — Всего хуже, конечно, это для меня самого, потому что на литературе я основывал всю мою будущность и, во имя этих эфемерных надежд,
душил в себе всякое чувство, всякое сердечное
движение. Говоря откровенно, ехавши сюда, я должен был покинуть женщину, для которой был все; а такие привязанности нарушаются нелегко даже и для совести!
Как Гоголь говорит, что долго человек пред вами скрывается, но достаточно иногда одного нечистого
движения его
души, чтоб он сделался совершенно ясен для вас — так и Белавин: весь стал передо мной как на ладони.
Представьте себе, что тайная полиция Луи Наполеона вся наполнена людьми, и
душою и телом преданными революции; представьте себе, что наш корпус жандармов, наши секретные канцелярии переполнены прочными людьми нашего направления: были ли бы возможны аресты, ссылки, неудачные
движения и взрывы?
Новое
движение между присутствующими; губернский предводитель князь Кейкулатов появился в зале. Непомук «наилюбезнейше и наипочтительнейше» приветствует князя; в свою очередь князь точно тем же платит Непомуку, — и оба довольны друг другом, и оба в
душе несколько поругивают друг друга; тем не менее взаимное удовольствие написано на их лицах.
— А я только вчера из Варшавы, — говорил он Бейгушу, фланерски ухватя его под руку и направляя праздные стопы свои в одну с ним сторону. — Ну,
душа моя, дела наши идут пока отлично! Наязд сконфужен, потерял и руки, и голову, и нос опустил на квинту!.. Варшава теперь чудо что такое!.. Эдакая пестрота,
движение, чамарки, кунтуши, конфедератки, буты, то есть просто
душа радуется!.. Доброе времечко! Ну, а ты как?.. Что семейная сладость и прочее?.. а?
Далеко, за лесами луговой стороны, восходит, не торопясь, посветлевшее солнце, на черных гривах лесов вспыхивают огни, и начинается странное, трогающее
душу движение: все быстрее встает туман с лугов и серебрится в солнечном луче, а за ним поднимаются с земли кусты, деревья, стога сена, луга точно тают под солнцем и текут во все стороны, рыжевато-золотые.
А где же живая
душа с вечным
движением вперед?